Полевой слёт "Сокол-2013"

Приглашение на Масленицу

Пока живет традиция

Праздник Александра Невского

Глядя в глаза

Подготовка к стенке

Пересвет и Ослябя

Анатолий Лебедь Герой России

Беседы с монахом

Грустника

 

В один из августовских вечеров я вернулся с удачной охоты, бросил на стол тяжелого, иссиня – черного тетерева, а рядом высыпал горсть брусники, которую насобирал для своей маленькой племянницы. Она подошла к столу, долго смотрела на ягоды и, вдруг повернувшись ко мне, спросила:

- А как они называются?

- Брусника, - ответил я.

Малышка задержала взгляд на тетереве и повторила тихо:

- Ага, грустника.

Я подумал, что она не расслышала меня или просто сказала неверно, и повторил:

- Видишь ли, правильно будет не грустника, а брусника.

- Нет, грустника, грустника,- прошептала она упрямо.

- Но почему? – спросил я, не понимая неожиданного и необъяснимого упрямства.

Малышка осторожно погладила тетерева, а потом так же осторожно прикоснулась к едва подсохшим капелькам крови на его крыле.

- А это вовсе не ягоды, - тяжело и совсем не по – детски вздохнула она.

- Это кровь птички. Ей, наверное, больно, и мне от этого грустно. Всегда бывает грустно, когда кому – то больно…-

В ее серых, глубоких, подернутых влагой и готовых вот – вот расплакаться глазах я увидел горечь сострадания и невольный укор мне. Я опешил и не нашелся, что ответить.

Ведь всем своим существом она неосознанно, но до отчаяния искренне защищала простой закон природы – живое создано для того, чтобы жить, и жизнь эту нельзя обрывать насильственно.

После этого случая прошло много времени. Я по-прежнему люблю ходить в лес и люблю охоту. Но если случается «взорваться» из-под моих ног глухарю или тетереву, я невольно прикрываю глаза и словно бы наяву вижу перед собой рассыпанную по столу бруснику, поникшее птичье крыло с капелькой подсохшей крови и грустные, укоряющие глаза моей маленькой племянницы.

Братство казаков 'Терек'