Почему мы против реестра.

 

Перефразируя реплику Портоса из кинофильма «Д'Артаньян и три мушкетёра» можно сказать: мы против, потому что против. Но тема настолько серьёзна, что хохмить и шутковать себе дороже. Последняя по времени попытка ввести реестр для казаков уже пролегла трещиной в казацком сообществе, раздирая и круша сложившиеся связи и устои, ломая судьбы, калеча людей. Одной из важнейших черт присущих казачеству был и есть честный и прямой разговор обо всём, что является важным для жизни во всех её проявлениях. Поэтому как казаки, хранящие верность традициям и обычаям казачества, мы считаем себя вправе со всей прямотой и определённостью высказаться по данной теме и донести своё мнение до всех братьев-казаков.

Любой вопрос становится яснее, если рассмотреть его от самого начала. Говоря о реестре, именно это мы и сделаем. Известно, что изначальное казачество никакого реестра не знало, зародилось и развивалось по своим законам ни у кого не спрашивая ни разрешения, ни одобрения, ни управления. Придуман реестр был польскими королём Сигизмундом (Жигимонтом)а введён королями Сигизмундом (Жигимонтом) Августом и Стефаном Баторием, и применялся в качестве средства борьбы с украинскими казаками. Обращает на себя внимание та существенная деталь, что инородческие и иноверческие правители Украины использовали реестр для того, чтобы заставить чуждый им народ грызть друг-друга, тем самым ослабляя его и убивая волю к сопротивлению. Русское же государство последовательно присоединив Украину в наследство от польско-католического режима получило и пресловутый реестр, который за ненадобностью был ликвидирован. Имея на протяжении веков весьма сложные и противоречивые отношения со своими казаками, Русское государство никогда даже попыток не предпринимало решать свои проблемы при помощи реестра. Мы далеки от мысли идеализировать ни русских правителей, ни казаков. Обид и несправедливостей хватало во все времена и с обеих сторон, но в царской и императорской России было главное: взаимоотношения между правительством и казачеством были делом внутренним, то есть общерусским. Правительство и казаки были русскими. У какого честного человека повернётся язык сегодняшнее правительство России в самом широком смысле этого понятия назвать русским! На слуху множество имён еврейско-армянско-мусульманских хозяев страны. Примкнувшие к ним русаки наперегонки стараются услужить хозяевам топча единокровных с ещё большим остервенением чем инородцы. Вспомним, что при Ельцине казацкий реестр задумал и ввёл еврей Б.Березовский, а воплощают в жизнь его идеи русские в своём большинстве атаманы, казаки и чиновники низших звеньев. Исходя из вышеизложенного мы можем с большой долей уверенности предполагать, что введение реестра в России XXI века осуществляется теми же силами и преследует те же цели, что и на Украине XVI-XVII веков.

Для нас очень важно то, что история с украинским реестром прошла полный цикл: от введения до ликвидации. Запорожцы, сначала клюнувшие на «блага» и льготы реестра, хлебнули его прелестей полной мерой. Постоянные перетурбации внутри войска, изменение численного и качественного состава, назначение атаманов, засилье жидов (последним были отданы даже ключи от православных церквей), использование реестровых казаков в войнах против единоверцев-русских, имущественное расслоение, попрание традиций и национальное и религиозное унижение, страдания малороссов неказаков в конце концов привели к взрыву, длительной кровопролитной войне и воссоединению с Великороссией. Нужно не иметь никакой исторической памяти, никакого исторического чутья и ответственности, чтобы вновь попасться на тот же самый крючок. С другой стороны не надо быть семи пядей во лбу, достаточно некоторого количества знаний, опыта, совести и трезвости, что бы проанализировать сегодняшнюю ситуацию и составить объективную картину о реестре, его организаторах, задачах и перспективе. Похоже, что нынешние реестровики не удосужились проделать эту работу, а кинулись хватать и заглатывать куски со стола «хозяев жизни», не обращая внимания на то, что объедки отравлены. Мы сами не будем травиться и не хотим, чтобы травились наши братья-казаки. Поэтому мы против реестра.

Казакам необходима настоящая служба, а не те варианты народных дружин советского времени, что предлагаются нынешней властью. Прежнее Русское государство традиционно использовало казаков как пограничную охрану и в качестве лёгкой кавалерии и спецвойск в больших войнах и локальных конфликтах. Нередко казакам поручалось выполнение так сказать деликатных заданий, когда государству было неудобно действовать в открытую. Полицейские функции возлагались на казаков только на территориях непосредственно войсковых или в новообживемых губерниях до тех пор, пока там не окрепла гражданская власть. Попытки использовать казаков в качестве жандармов и полицейских во внутренних русских губерниях во время смутного времени 1905-1917 годов привели к разложению казачества, и послужили одной из важнейших причин того, что в гражданскую войну 1918-1922 годов казачество не выступило единым фронтом против безбожной антирусской большевицкой власти. Сегодняшние реестровики патрулируя русские города рука об руку с разложившейся стремительно окавказивающейся милицией-полицией или не понимают, или не хотят понимать всей пагубности своего конформизма. Поэтому мы против реестра.

В казацкой среде постепенно растёт понимание того, что такое настоящая государственная служба. Это видно и по казацким сайтам, и по публикациям и выступлениям патриотически настроенных журналистов, политиков, политологов, учёных, видно это и в приватных беседах. Очевидно, что тем казакам, которые волею судеб оказались далеко от традиционных казацких территорий и обжились на новых местах, будет невероятно трудно подняться и перебраться на границы и в горячие точки, сломав привычный уже уклад жизни. Ещё труднее, наверное, будет сделать это казакам неродовым. Вот тогда и наступит своего рода момент истины, и станет ясно, кто казак не по словам, а по делам. Тогда со многих сползут погоны и лампасы, и без ругани в интернете и прессе станет понятно кто ряженый, а кто истинный. Но случится это только тогда, когда власть в России станет русской и православной. Реестровым казакам не нашли достойного применения почти за двадцать лет, не найдут и впредь. Путин прямо сказал, что не видит роли казаков в современном мире. Оно и понятно - в мире, где всё продаётся и покупается, не нужны те, кто держится «устарелых» принципов, пусть они даже и достигли в своём деле вершин знаний и мастерства. Подойдут умельцы и похуже, главное, чтобы они полностью принимали заданные правила игры. Попытки части казаков встроится в «реалии сегодняшнего дня» и «адекватно реагировать на вызовы времени» выглядит жалкой попыткой нищего угнаться за лимузином. Поэтому мы против реестра.

Сегодня со всей определённостью встал вопрос об отношении казачества к нынешней власти. Реестровики и общественники решают этот вопрос по-разному. Общественники воспринимают сегодняшнюю российскую власть как наказание за грехи и неизбежное зло, с которым на определённом этапе приходится вынужденно входить в некоторые сношения, вплоть до сотрудничества. Такое отношение к власти имеет глубокие исторические корни. Напомним, что А.С.Хомяков выводил казачество как явление из самой природы славянского народа и относил зарождение казачества ко временам ещё племенным, догосударственным. С крещением славян казаки приняли на себя и христианское служение. С появлением славянских государств взаимоотношения казаков и властей предержащих долго не имели гармонии. Даже в религиозных вопросах наблюдались разночтения, хотя Православие однажды принятое являлось незыблемым. И только когда Иоанн был помазан на царство и Московское великое княжение стало царством и в полном смысле слова Православным Царством, казаки приняли русское подданство и на века стали одной из опор русской государственности. Постепенно вызрел образ казака как верного слуги православной монархии, высокопрофессионального воина, бесстрашного землепроходца, воина духа. В то же время когда потребовалось, казак стал умелым хозяйственником, напористым промышленником, дерзновенным учёным. Но основы казацкого строя во все времена блюлись как величайшая ценность. Трудно назвать в старой России другое сообщество с одной стороны столь консервативное в смысле сбережения Веры и традиций, а с другой столь быстро воспринимающее всевозможные новшества. Верность Православию, долгу и традициям – это то, что собственно и делает казака казаком. Такой казак давши слово умрёт, а от слова не отступится. А что мы видим у реестровиков? Один пример, казаки-общественники много лет несли службу по охране Донского монастыря, с год назад реестровики всеми правдами и неправдами добились от патриархии чтобы эту службу передали им. Результат: простояв несколько месяцев на февраль 2011 года не нашли желающих и просто бросили монастырь. Патриархия срочно обратилась к Верховному атаману Союза казаков России П.Ф.Задорожному с просьбой о помощи. Ведь нашли казаков для этой службы! Но это были уже общественники. Почему те атаманы реестра, которые добивались великой чести служить в Донском монастыре, не стали сами на пост, а цинично отказались от данного слова понятно – они часть такого же циничного и вероломного россиянского истеблишмента (так уж им нравится это словцо!), а то, что для охраны православного(!) монастыря не нашлось православных(!) казаков, с абсолютной ясностью свидетельствует об отношении к Православию в реестре. Все атаманы в реестровых войсках наказные – это принципиально. Похерена основополагающая традиция казачества: атаман всегда выбирается, даже наказной впоследствии либо проходит процедуру утверждения кругом, либо заменяется выборным. Только выборному атаману казаки доверят свою жизнь и судьбу, как дети отцу. А наказной атаман кормясь от власти проеден той же ржой, что и сама власть. Солгавший единожды солжёт и дважды, единожды предавший предаст снова. Реестровики уже и лгали и предавали, поэтому мы против реестра.

Сайты реестровых войск пестрят отчётами о проведённых заседаниях, встречах, слётах, фестивалях, кругах и пр. Государственные деятели самого высокого уровня проявляют живой интерес к проблемам казачества. Выпущено и продолжает выходить огромное количество распоряжений, указов, постановлений, уточнений, дополнений, законов, подзаконных актов и ещё чёрт те знает чего направленных на организацию, усовершенствование, улучшение, модернизацию, оптимизацию, мотивизацию казацкой жизни, службы и культуры. На помощь реестровикам брошены лучшие силы россиянского гламура. Образцы новой формы разрабатывает и шъёт чуть ли не сам Юдашкин (не беда, что в его форме уже мучаются и замерзают солдаты-срочники, главное ультрасовременно и продвинуто), что-то теперь ожидает казаков. С фольклором реестровикам поможет известная молодящаяся блядь, простите, исполнительница народных песен Надя Бабкина. Для полноты мы бы добавили гомика Борю Моисеева в качестве главного по пляскам и еврейца Сашу Розенбаума как ответственного за современную казачью песню. Думается, что результатом всей этой мельтешни и высшим её достижением станут ансамбли кошерных хлопцев, разбавляющие на корпоративах всех уровней «Семь сорок» и «Хаванагилу» парой-тройкой адаптированных казацких песен и плясок с кинжалами и шашками. Ещё губернаторы и мэры по праздникам будут красиво выезжать к народу верхом в окружении элегантно гарцующих личных конных казацких конвоев, главной задачей которых будет не допустить падения их сиятельств с коника. Возможно, казачество будет удостоено высшей почести и сформируют личный сводный президентский казачий полк, и на торжествах государственного масштаба ему будет дарована высокая честь джигитовать перед высокими гостями, тем самым демонстрируя всему миру, что казачество живо и процветает. Но приходят сообщения об убийстве очередного дельного атамана, о драках между кавказцами и казаками, после которых казаков прессуют по полной программе, а кавказцев берут под защиту, о бандитах, которые годами держат в страхе тридцатитысячную казацкую станицу, и розовые мечтанья разлетаются в клочья. Нет и не будет сладкой и красивой жизни ни у казаков, ни у русских в целом, пока они не станут хозяевами на своей земле. А хозяином на своей земле может быть только Народ! Народ единый в помыслах и делах, страданиях и радостях. Всё, что ведёт к единению – любо казакам, всё, что разъединяет – не любо. Реестр разъединяет, поэтому мы против реестра!

 

Александр Щербин

 



Вернуться в начало