Полевой слёт "Сокол-2013"

Приглашение на Масленицу

Пока живет традиция

Праздник Александра Невского

Глядя в глаза

Подготовка к стенке

Пересвет и Ослябя

Анатолий Лебедь Герой России

Беседы с монахом

Донесение №2


Кому:      Тов. полковнику

От кого:  А. Щербина


Здравия желаю, товарищ полковник! Давно что-то я Вам не писал. Приключилось у меня летнее разжижение мозгов: мыслей вроде много в голове, но все они как-то смазываются и меж собой путаются. Это всё от солнышка яркого, да дня длинного, да забот отпускных и пляжных. Сейчас и день пошёл на убыль, и солнышко помягче стало, вот мысли и пораспутались, логика появилась. Хочу я с Вами, товарищ полковник, пошептаться об одной идее. Давненько она у меня зародилась и вот только сейчас дозрела.

Здаётся мне, товарищ полковник, что в нашем законодательстве, в той его части, где прописаны наказания за различные преступления, огромный пробел имеется. Всё вроде бы предусмотрено, даже смертная казнь где-то там существует, но нету каторжных работ. А ведь это громадное упущение и безумная бесхозяйственность!

Вот представьте себе, получил некий маньяк пожизненный срок за серийные убийства. Сидит он себе в тепле и сухости, жрёт-пьёт за казённый кошт, нужду справляет не в выгребную яму, а в парашу, а то и в индивидуальный унитаз. Ему по гуманным сегодняшним нормам положено такое содержание, о котором иные вольные люди могут только мечтать. В общем, после своих кровавых и гнусных дел маньяк по полной программе садится на шею, в том числе и тех, чьих родных и близких он ради своей похоти лишил жизни или здоровья. И сколько лет он будет так жировать, одному Богу известно. И суть дела не меняется, если вместо маньяка-педофила мы будем говорить о махровом казнокраде или каком-нибудь наркобароне. Пусть и срока у них будут ограничены, всё равно, на энное количество лет они садятся на народную шею.

А между тем у нас существует огромное количество вредных и опасных для жизни, но таких необходимых стране производств. Возьмём хоть выпуск цемента. Ведь вреднейшее дело. Те, кто бывал около цементных заводов, никогда не забудут покрытую серой ядовитой пылью землю на километры вокруг. А ведь там работают, живут вокруг и гробят своё здоровье вольные честные люди. Так давайте отселим их, а возле заводов поставим лагеря для каторжан, и пусть они тяжким, а, главное, производительным трудом искупают свою вину перед обществом.

Скажете, это негуманно по отношению к преступникам? А насиловать и убивать – гуманно? а растлевать малолетних – гуманно? а пилить бюджет и обворовывать стариков и инвалидов – гуманно? а сажать молодёжь на иглу – гуманно? Государство здесь играет в открытую: статьи о каторге внесены в уголовный кодекс, и каждый перед совершением преступления может ознакомиться с их содержанием и решить для себя – стоит ли заходить так далеко.

Скажете, каторжный подневольный труд непроизводителен. А никто и не собирается ставить каторжан к сложным станкам или доверять им управление тонкими процессами. Для них всегда можно найти большое количество достаточно простого, но необходимого труда. В конце концов, где-то можно оставить и устаревшие технологии, чтобы малоквалифицированная и достаточно специфическая рабочая сила могла применяться с максимальной эффективностью. Что, скажете, ГУЛагом запахло? А почему бы и не использовать лучшее из его системы, раз уж мы решились ввести каторжные работы как вид наказания! А перед кем нам расшаркиваться? Перед преступниками или вскормлёнными западными спецслужбами «правозащитниками»? При нормальном ходе дел последние запросто могут пополнить ряды каторжан как изменники Родины и агенты влияния вражеских государств.

Организация работ каторжан тоже не представляет великой проблемы. Всё как в обычных лагерях: самые крупные подразделения – отряды. Отряды делятся на бригады во главе с бригадирами, бригады на звенья со старшими звеньевыми. В бригаде до пяти-шести звеньев, в звеньях до десятка человек. Бригадам и звеньям устанавливается сменное задание или при однотипной работе сменная норма выработки. Выполнение нормы выработки даёт определённую норму содержания, перевыполнение нормы должно давать добавку к средней норме. Добросовестный и честный труд должен поощряться в рамках, установленных законом. Для более точного определения вклада работающих возможно предусмотреть введение КТУ (коэффициента трудового участия). Технологии его внедрения и использования, а также расчёты отработаны ещё в советское время на различных предприятиях. Невыполнение норм и саботаж должны наказываться по закону.

Таким образом, из нахлебников и захребетников преступники становятся участниками общегосударственного строительства, пусть и невольными. Кроме того, каторга в отличие от неработающих зон может серьёзно повлиять на личность человека. Пример – Ф.М.Достоевский, ушедший в каторги революционером, а вернувшийся православным мыслителем и писателем.

И вот здесь мы подходим к последнему пункту нашей программы. Каторжан должны окормлять православные батюшки. Церковь обязана в максимально возможной мере присутствовать в каторжанской среде. Никого кроме православных священников туда допускать не следует. Муллам и раввинам, не говоря уже о всевозможных жрецах, колдунах и шаманах нечего делать на каторге. И совсем не хочу никого из них обидеть. Дело в том, что все они за исключением православных попов не священники. Толкователи священных текстов – да, учителя – да, организаторы и хранители обрядов – да, но не священники. А здесь дело очень тонкое, требующее обращения к самому Всевышнему. И второе. У мусульман и иудеев Бог – законность и справедливость, у индуистов, буддистов, ламаистов – вообще какой-то океан, с которым надо слиться и в котором надо раствориться, у шаманов и колдунов – природные демоны, и только в православии Бог есть Любовь! И вот эта то всеобъемлющая Божья Любовь и только она позволит понятие «на свободу с чистой совестью» наполнить ясным и глубоким содержанием. Только Божья Любовь бережно ненавязчиво и грамотно донесённая опытными священниками до сердец осуждённых может преобразить и очистить их души.


С Уважением,

А.Щербин

Братство казаков 'Терек'