Полевой слёт "Сокол-2013"

Приглашение на Масленицу

Пока живет традиция

Праздник Александра Невского

Глядя в глаза

Подготовка к стенке

Пересвет и Ослябя

Анатолий Лебедь Герой России

Беседы с монахом

Казаки и народные дружины

 

Попытки возродить в помощь свеженаречённой полиции, так называемые, народные дружины да ещё пристегнуть к этому казачество представляются нам не только бесплодными и бессмысленными по отношению к простым гражданам, но и лукаво вредными именно по отношению к казакам.

Народные дружины родились, существовали и скончались в принципиально иной эпохе, возврат к которой сегодня невозможен. Юноши и девушки, а равно и люди постарше, с красными повязками на рукаве могли оказывать некоторое отрезвляющее воздействие на хулиганов, пьяниц и дебоширов только в те времена, когда общий настрой общества имел ярко выраженную негативную окраску, по отношению к данным явлениям, а советская милиция являла из себя действительно правоохранительный орган. В те времена дружинники имели право задерживать нарушителей общественного порядка и доставлять их в опорные пункты, где последние передавались в руки милиционеров. Система была отстроена так, что дружинники и милиция были не параллельными конкурирующими структурами, а структурами, взаимодействующими и взаимодополняющими, подчинёнными и подотчётными партийным органам. Важность роли, которую исполняли народные дружины, подчёркивалась тем, что руководители низовых звеньев, как правило, входили в руководящие комсомольские органы уровня райкома и горкома комсомола, а руководители городских и районных дружин были членами бюро райкомов и горкомов КПСС, наряду с руководителями соответствующих органов милиции. Разложение и деградация народных дружин шли одновременно с разрушением советского общества, и умерли они в один день.

Сегодняшняя реанимация «народных» дружин ни что иное, как дешёвый либеральный трюк, рассчитанный на отчаянных простаков. А по русской пословице простота хуже воровства. Я серьёзно порылся в Интернете, чтобы понять, какие права имеют сегодняшние дружинники по закону. И вот, что я нашёл: дружинники имеют право потребовать от нарушителей немедленно прекратить противоправные действия, а в случае непрекращения этих действий доложить в штаб дружины или в органы милиции о нарушениях и дожидаться прибытия компетентных органов. Излагаю данное право в вольной собирательной форме, потому что в уставах разных дружин оно излагается в разнообразных формулировках, но, по сути, смысл один. Остальные права дружин – профилактические беседы, внушения, личный положительный пример – представляются ну просто смешными на фоне того вала хамства и уличных преступлений, который мы сегодня имеем. Общее впечатление заключается в следующем: дружинники должны выполнять функцию неких статистов для заполнения зияющих пустот, образовавшихся в результате серьёзного сокращения штатов уже полиции (реформа), отвлечения большого количества штатных полиционеров для командировок на Северный Кавказ (продолжающаяся война) и недокомплекта полицейских по ряду других причин. При этом дружинники не имеют и десятой доли тех прав, которыми наделены работники правоохранительных органов.

В свете вышеизложенного представьте себе нескольких мужчин, громко названных казачьим патрулём, одетых в казачью традиционную справу или форму реестрового казачества, при нагайках, папахах и фуражках, обнаруживших некое нарушение общественного порядка. Как дальше должна развиваться ситуация по нынешним правилам? Очень просто. Они подходят и вежливо предлагают нарушителям прекратить нарушать закон. А те в ответ посылают наших патрульных куда подальше и продолжают свои действия. Патрульные согласно процедуре несколько отступают назад, докладывают, куда надо о происшествии и в ожидании прибытия компетентных товарищей становятся обыкновенными зеваками. Хорошо, если всё происходит глубокой ночью в глухом безлюдном месте, а если вокруг море публики!? Каково казакам при полном параде вот так просто стоять под улюлюканье и насмешки любого прохвоста из праздношатающихся! Никому такого не пожелаю. А пусти казаки в ход руки, а, тем паче, нагайки – это уже превышение полномочий. Хорошо, если полиция окажется достаточно прыткой, и ничего эдакого во время ожидания не произойдёт, а если пострадают люди или чьи-то честь и достоинство, а казаки будут сторонними наблюдателями, что тогда? Бр-р-р, даже думать об этом не хочется.

Тему ДНД и казачества мы в Новгородском отделе СКР неоднократно обсуждали, тем более, что к нашему атаману обращался один из руководителей участковых Великого Новгорода с предложением поискать точки соприкосновения по данному вопросу. Обсуждали и пришли к однозначному выводу, что предлагаемые властью условия сотрудничества неприемлемы. Неприемлемы потому, что безнадёжно устарели, во-первых, а во-вторых, совершенно не соответствуют архетипу казака. Мы исходим из того, что казак представляет собой воина и первопроходца. Его стихия это бескомпромиссная и беспощадная борьба с внешним врагом. Если отбросить все красивости, то высшая цель казака это научиться убивать врагов Родины максимально быстро и эффективно с наименьшим уроном для себя. Отсюда и тип физической, нравственной и духовной подготовки. Казак всю жизнь либо воюет, либо к войне готовится. Понятно, что психология казака, его боевые навыки кардинально противоположны психологии и навыкам полицейских. Последние имеют дело с гражданами нашей страны преступившими закон, но никак не с врагами. Поэтому и психология полицейского другая, и навыки другие и приёмы помягче. А это значит, что казак, исполняющий функции полицейского, рано или поздно внутренне перерождается и перестаёт быть казаком по определению.

Однако всё вышесказанное не означает, что мы в принципе отвергаем любые формы сотрудничества между государством и казаками в вопросах правопорядка. Казаки уже сейчас много делают в этой сфере. К примеру, казачество всё решительнее берёт под своё крыло православные монастыри и церкви в смысле охраны. В казачьих станицах и хуторах на традиционных территориях рано или поздно институт полицейских должен исчезнуть в принципе как лишний. Отродясь не было в казачьих поселениях полицаев, все проблемы решал круг и уполномоченные им люди. Но вот за пределами казачьих земель, в городах казачьи сообщества вполне могли бы стать костяком добровольных дружин самообороны. У нас есть предложение властям предержащим. Раз полиция не справляется в полном объёме со своими обязанностями, разрешите народную милицию в самом прямом смысле. Пусть граждане, желающие самостоятельно защищать свою жизнь и честь, своих близких, своё имущество на добровольной основе объединяться в земские нерегулярные военизированные подразделения. Не надо никаких планов по количеству бойцов. Наберётся в городе десяток желающих – пусть будет десяток, наберётся тысяча – пусть будет тысяча. Всё строится на добровольности и взаимовыручке. Если у меня возникла проблема, которую я не могу решить в одиночку, я звоню товарищам, и их на помощь прибывает столько, сколько может (в идеале – столько, сколько нужно). При нынешних средствах сотовой связи связаться с людьми не составит ни малейшего труда. Что требуется от государства? Государство должно принять закон, в котором будет чётко прописаны права и обязанности подобных формирований и их участников. В качестве образца подобного закона можем посоветовать просмотреть губные грамоты времён Ивана Грозного. В те далёкие времена царь не боялся доверить гражданам самостоятельно производить поимку, дознание и даже наказание преступников. И государство нимало от этого не потерпело, а совсем наоборот. По нашему разумению Союз казаков России и другие казацкие организации могли бы принять самое деятельное участие в разработке такого закона, а по принятии потребовать от своих членов на местах неукоснительно его соблюдать. Со своей стороны мы, казаки, безусловно, должны потребовать прописать в законе возможность применения оружия в самообороне вплоть до огнестрельного. Я думаю, что не раскрою секрет, если скажу, что подобный закон только лишь законодательно закрепил бы то, что уже во многих местах существует явочным порядком. Бессилие полиции или её продажность и нежелание бороться с преступностью заставляют добропорядочных граждан создавать некие подобия нелегальных отрядов самообороны и отражать атаки криминала самостоятельно, не прибегая к помощи официальных органов.

И ещё один аспект. Мы, казаки, считаем, что преступность не имеет национальности. Поэтому нам совершенно всё равно кто нарушил закон или вторгается в сферу наших интересов. Мы с одинаковым рвением готовы наказывать как русских злодеев, так и нерусских. Поэтому в предлагаемые нами земские формирования может вступить любой государственно-мыслящий человек, любой национальности и вероисповедания. Тем самым земские формирования будут содействовать укреплению единства России, в отличие от национальных мафий, рвущих страну на части.

 


Александр Щербин

 

 

В начало

Братство казаков 'Терек'