Полевой слёт "Сокол-2013"

Приглашение на Масленицу

Пока живет традиция

Праздник Александра Невского

Глядя в глаза

Подготовка к стенке

Пересвет и Ослябя

Анатолий Лебедь Герой России

Беседы с монахом

Радость от НЕ McDonalds

 

Я McDonalds терпеть не могу! С его трехэтажными булками, получившими в народе ругательное название, с его унификацией всего. От дежурных улыбок официанток до размягченного – с антибиотиками мяса. Порционные лимонады, порционные картошки, безвкусное тесто всяких там булочек. Усредненное меню для всех. И в то же время ни для кого. Макдак должен бы стать истинной мишенью всякого антиглобалиста.

Другое дело, когда дымится над углями мясо сегодняшнего барана, и массивная рука грузина развинчивает пробку на баночке. В баночке специальная трава-приправа. Грузинского барана помнишь потом лет 5, а то и все 10! Или, когда заезжаешь в деревню, и дед достает из русской печки знакомое варево – щи. С ними дружить хорошо зимой, когда по всей земле непобедимый холод, а в тарелке – печная настоящая жара. Такие щи потом до следующей зимней поездки к деду вспоминаешь. Или ладно уж – какая-нибудь столовая типа школьной. Там еда тоже не совсем унифицирована. Пусть она и едина для отдельного типа русских столовых. Но в столовых иных государств ты такой еды не найдешь ни за что! И, конечно, от грузинской кухни может обжечь желудок, от монгольской можно заболеть животом, от украинской недолго и растолстеть.  А что поделать? – еда изначально не толерантна к неокрепшим представителям других культур.

С буддийским ламой Сарымаем Урчимаевым мы пили чай по-монгольски и ели салат. Мы долго думали, будет ли толерантно по отношению друг к другу помолиться перед едой? В конце концов лама соединил ладони и запел тихонько горлом, а я перекрестил наш скромный обед без мяса (лама не ел мяса в принципе). Вкусные, кстати были и чай, и салат.

В McDonalds молиться не принято. Предлагаемая там пища как вода без цвета и запаха – тоже не имеет ни культурных особенностей, ни национальности. Вы видели молитву в Макдаке? Я - нет. Изобретение американцев должно быть толерантно ко всем без исключения. На первых парах его продукт должен казаться вкусным. Зато потом проявляется дьявольский замысел создателей. Мы его видим по телевизору, и вокруг себя. Это особый тип ожирения, не похожий на украинский или, скажем, на русский. Это – ожирение из ожирений! Когда из-за жира ни человека, ни его глаз не видать. Какой-то хряк и все тут.

Толерантность в ее геополитическом понимании напоминает  McDonalds. Принцип тот же: одновкусие и унификация. Ни пылкая страсть, ни тихая любовь, ни даже праведный гнев, а какая-то бесцветная унылая терпимость. Либеральный мир, кстати, признал провал мультикультурной политики, родной сестрой которой была толерантность. Мультикультурности не получилось то ли потому, что европейцы признали McDonalds и потеряли свои истинные культуры. После чего им стало нечего противопоставить культурам мигрантов. А может мультикультурность провалилась из-за своей серости и холодности. Потому что мультикультура – это вообще никакая культура! Точнее сказать, ее отсутствие. Ее невозможно любить, как впрочем, и ненавидеть.

Русские, не унылые кабацкие теребни, потерявшие волю к сопротивлению и жизни. А те русские, которые еще не перешли на толерантную пищу, организмы которых часто согреты печным пылом черных щей, растерты зимними горчицами, закалены морозами и сожжены осенними урожаями чеснока, таким русским долго придется объяснять, что такое толерантность. Кавказцы, облюбованные своими горными то снегами то солнцами, чьи желудки сожжены аджиками, шашлыками и чачами, тоже не очень понимают, что такое безвкусная толерантность. Часто, когда первые спорят со вторыми – из спора случается борьба и война. Война аджики и чеснока.

Эту войну культур официальные институты пытаются потушить непотребным шлангом, из которого рекой льются слова о толерантности. Выглядит это порой смешно. Особенно из уст всяких там «старших специалистов администраций и молодежных комитетов». Нежные тела специалистов напоминают бабьи и пахнут страхом перед начальством вкупе с запахом канцелярий. Таких не слушают ни русские, ни кавказцы, конечно.

Зато вот уже дважды и те и другие сумели собраться и, наконец, выслушать друг друга.

Предложение встретиться и поговорить теперь уже неизвестно от кого прозвучало. Но факт остается фактом: в октябре 2011 в Великом Новгороде за столом переговоров собрались представители коренного народа – наши русские ребята, азербайджанцы, чеченцы, ингуши, армяне и дагестанцы. Колорит встрече придавал тот факт, что с нашей стороны за столом в числе прочих присутствовали и националисты – извечные участники «Русских маршей» и клиенты милицейского отдела «Э», призванного бороться с экстремизмом. Подробно ход 3-х часовой встречи пересказывать не буду. Скажу лишь, что и тем, кто ранее не конфликтовал, и тем, кто имел претензии и обиды, удалось договориться. В октябре 2011 была заложена принципиально новая основа отношений. Лидеры новгородских националистов и представители диаспор, известных своей боевитостью и крутостью нравов, обменялись номерами мобильных. Как было сказано: «Для  мирного и результативного урегулирования возникающих проблем».

 

Маирбек, представитель чечено-ингушской общины: «Мы собрались, чтобы услышать и быть услышанными. Так получилось, что все мы живем в одном городе, мы должны узнать и понять друг друга. Не скрою, бывает, что наши ребята приезжают и ведут себя не очень хорошо, но одна из наших целей объяснить им как надо вести себя на традиционно русских землях России».

Владимир, подъесаул «Союза казаков России»: «Известно, что и в семье часто ссорятся. Но ведь потом-то все-таки мирятся! Мы тоже должны стремиться к этому. В основе народа лежит культура, и мы должны понять нравы и обычаи друг друга. Стремиться к мирному решению вопросов».

Ризван, активист новгородского центра «Бакинец»: «В мире существует масса сил, мечтающих разделить Россию на основе национальностей. Страна-то у нас богата. Но мы не должны этого развала допустить ради наших детей и внуков. И вот такие встречи – первые шаги к истинному, а не формальному единению.»

Сергей, националист, участник «Русских маршей»: «Конечно, многие вопросы решились. Бывает, что в принципе бытовые конфликты перетекают в национальные. Но мы поняли, что появилась хорошая возможность решать проблемы сообща и мирно».

 

Стоит ли говорить, каково было удивление интересующейся вопросом общественности, когда 2 недели спустя десятки молодых людей от всех диаспор встретились с русскими в столовой Медицинского института. Где лезгинка сменяла затяжные наши песни, где чеченские девушки нарезали русский пирог, и где национальная бойцовская игра «шапочки» снискала  восторг и уважение кавказцев. И счастье от культурного не McDonalds, чувствовалось, испытал не один я.

Сарымай-то пел свои горловые песни хорошо и душевно, но в нашей встрече все равно чего-то не хватало. Это потом, полюбив музыкальную культуру степняков, я понял чего именно. Нам не хватало русских песен или, хотя бы, демонстрации приемов русских единоборств, к примеру. Сарымаю было что показать мне – такого экзотического и интересного. И, наверное, было приятно привезти в Новгород частичку своей земли и ее культуры. Но мне-то, мне-то было нечего продемонстрировать буддийскому Ламе! Хорошо, что я не додумался сводить его в новгородский филиал всемирного общепита.

Толерантность – это отсутствие своего. Недаром в целях исполнения прихотей ее величества толерантности в какой-то из французских школ велели снять изображение распятого Христа – вдруг мусульмане обидятся! И в школе той стало, наверное, пресно и серо – как внутри булки из McDonalds.

Дружеские отношения культур невозможны, когда этих культур как бы и нет! И для того, чтобы вести диалог с народами, сохранившими  культурные особенности, нужно знать и любить культуру собственную! И эту культуру защищать. Когда чеченские девушки принесли на общий наш стол русский пирог, я лично размашисто перекрестился, и кавказцы некоторые помолились. И, знаете ли, друзья-толерасты, мы друг на друга совсем не обиделись. И пирог, как буддийский чай Сарымая, был очень вкусен!

Если лама и кайчи Сарымай Урчимаев, ведомый хитросплетениями собственной кармы, снова окажется в Новгороде, я точно знаю, куда его отвести, и что ему продемонстрировать. Он, помнится, и тогда – несколько лет назад был обрадован национальной особенности моей квартиры – православным иконам на стене. «Верующий человек – честный человек» - сказал тогда лама, и улегся спать под иконами. Так что зря та французская школа ни за понюшку отказалась от Христа.

Я McDonalds терпеть не могу. Помнится как будучи в студенческом возрасте, я сидел в Питерском парке и ждал, пока мои попутчики пообедают в этом заведении. Позже я стал более спокоен, и в Макдак заходил вместе со всеми. Но без энтузиазма. С энтузиазмом же я отправлюсь вот куда: не ровен час, в областном центре собираются устроить дегустацию национальных блюд. Надеюсь, что они будут приготовлены страстно и с любовью. Не толерантно!

 

С.З.

 

В начало

Братство казаков 'Терек'